Март 1, 2016Здесь был МБ 

"Черные списки" актеров и критерии СБУ: дискуссия

Поделиться: Facebook Twitter LiveJournal

Руководители телеканалов, продакшенов, Госкино, Нацрады, Минкульта и общественности сегодня обсуждали список запрещенных к показу на территории Украины актеров, критерии попадания их туда и подходы контролирующих органов. Круглый стол «Подход к формированию черных списков актеров и персон нон грата», проходивший на территории киностудии FILM.UA, объединил конкурентов на рынке в одном: если «кейс Пореченкова», как «актера с автоматом» понятен, то критерии, применяемые к другим фигурантам списка, должны быть публичными и понятными.

Среди поднятых вопросов: Представляют ли угрозу национальной безопасности фильмы с Жераром Депардье? Почему под запретом фильмы с Татьяной Талызиной, но в списке нет Никиты Михалкова? Как быть, если запретный персонаж фигурирует только в эпизоде (как например, Иосиф Пригожин в эпизоде сериала «Кухня»)? Оправдан ли запрет такой классики как "Сны во сне и наяву" Романа Балаяна за присутствие там Олега Табакова? Можно ли предугадать, попадет ли тот или иной фильм под запрет? И как быть, если уже не иностранец, а украинский актер проявит себя неподобающим образом: подлежит ли запрету такой проект?

Большинство из вопросов остались без ответов. Но один из главных выводов по итогам мероприятия: к созданию «черного списка» не имеют отношения ни Минкульт, ни Госкино. Они лишь проводники воли СБУ (СБУ передает список Минкульту, Минкульт обязан немедленно вывести список на сайте, а Госкино - принять к сведению при выдаче прокатных свидетельств - примерно так выглядит "цепочка"). А представителей СБУ на круглом столе не было. Сама же идея списка возникла в ходе финального этапа работы над законопроектом О внесении изменений в некоторые законы Украины касательно защиты информационного телерадиопространства Украины».
Один из его разработчиков - Юрий Крайняк, из фирмы Jurimex, - вспоминает: «Когда в новогоднюю ночь телеканал «Интер» показал Кобзона, многие высказались, что нужно карать. Но не было определенности: кого можно показывать, а кого нет. Так и возникла идея списка». По его словам, в законе изначально было обозначение, что такое «лица,  которые угрожают национальной безопасности», но на этапе обсуждения в Раде, этот термин убрали.

Заместитель министра культуры Юрий Зубко упомянул, что списки - это ответ на обращения общественности, и его фигуранты выступают против государственного суверинитета и территориальной целостности Украины. «Служба безопасности Украины определяет, что тот или иной человек угрожает территориальной целостности страны и передает соответствующее письмо нам. А мы уже обязаны немедленно это опубликовать», - рассказывает он о процедуре. «Посягательство на территориальную целостность - это преступление», - обратил внимание он.

Общественность на круглом столе презентовали представители движения "Відсіч": они список поддерживают и даже высказались за его расширение, а компромиссы обсуждать не были склонны.

Но даже морально поддерживая ряд ограничений, все же следует признать: юридическое обоснование требует усовершенствования. Иначе даже благие намерения имеют обратный эффект и дискредитируют саму их идею.

Гендиректор 1+1 медиа Александр Ткаченко рассказал, что его попытки дозвониться в СБУ и выяснить, почему список выглядит именно так (на сегодня там 83 человека), были безуспешными:

«Когда мы находимся в состоянии  де факто войны с Россией, - действия, направленные на защиту информационного пространства оправданы. Но де юре - у нас нет войны с Россией. Мы переживаем достаточно непростой период. Единственное, чего бы мне очень хотелось, чтобы он был использован, в том числе, представителями исполнительной власти, для определения качественных нормативов. Чем руководствовалось СБУ при составлении черных списко: почему занесли Талызину, а нет Михалкова, почему не занесли Киселева, а занесли того же Гафта?».

По его словам, 1+1 инициирует письма к органам власти, к СБУ с требованием предоставить четкий публичный ответ, какими критериями пользуются государственные органы при составлении таких списков. «Мы все должны руководствоваться одними и теми же стандартами», - заявил Ткаченко.

Правила есть: все 83 фигуранта из списка должны быть запрещены к показу. Просто Госкино не может пересмотреть все фильмы сразу, - парировал Зубко. Он отметил, что список имеет серьезный сдерживающий эффект: меньше актеров стали пересекать границу Крыма, а продюсеры понимают, что не должны приглашать актеров из списка, если хотят продавать фильм на наш рынок. 

«У нас вопрос не к спискам, а именно к критериям – юридическим и процедурным. Ведь люди совершили разные поступки: кто-то что-то сказал, кто-то подписал, кто-то пересек границу… И если с «кейсом Пореченкова» все понятно, то по поводу других нужны разъяснения», - поддержал коллег гендиректор НЛО-ТВ Иван Букреев.  

«С Пореченковым все понятно, каналы сняли из эфира фильмы с ним еще до указаний. Но почему государство не возбудило против него дело?», - поставил вопрос глава StarLightMedia Владимир Бородянский.

Сергей Созановский, cовладелец FILM.UA Group, обратил внимание, что с процедурной точки зрения, если персона представляет угрозу национальной безопасности, то это сфера криминального производства: «Если человек совершил криминальное преступление - это должно быть доказано судом».   

Медиагруппы сами спровоцировали активные действия законодателей, продолжая показывать российские фильмы про спецназ и военных, - обратила внимание Ульяна Фещук, представитель Нацрады. Но прокомментировала, что Нацрада никаких обращений относительно внесения персон в список Минкульту не направляла. «Мы, как люди из бизнеса, понимаем абсурдность списка. Как и понимаем, почему он появился. Сама идея закона была правильна... Но нет определения, что такое "лицо, угрожающее национальной безопасности"», - сказала она. Она не согласилась с высказанным Владимиром Бородянским и Сергеем Созановским мнением, что для попадания в список нужно решение суда. «Привлечение к ответственности иностранцев - сложное дело, как и заочный суд... Моя позиция как гражданина - Гафта не нужно запрещать, больше вопросов вызывает Лорак и Повалий, выступившие на концерте 23 февраля... Но мы должны разработать критерии и внести изменения к закону. Найти компромисс, чтобы всем было немножечко плохо (имея, очевидно ввиду, чтобы уравнять риски, - ред)», - сказала Фещук.

«Было бы более правильно, если бы после того, как де факто произошла российская агрессия, рынок бы самостоятельно начал реагировать и убирать из эфира хотя бы одиозных персонажей. А вы на день раньше успели снять сериалы с Пореченковым, дождавшись пока он стрелял... Есть значительная часть общества, для котороых появление одиозных персонажей - оскорбление. И это нужно учитывать», - обратил внимание глава Госкино Филипп Ильенко. Он также признал, что его ведомство - только исполнительное звено, и согласно закону – не имеет никакого отношения к формированию списка: письма высылают из Минкульта. Он также посетовал, что в базе по выдаче прокатных свидетельств указывается только режиссер-постановщик, но нет исполнителей и авторов музыки, актеров: приходится проводить расследовательскую работу. «На проверку одной персоны уходит от 5 до 10 рабочих дней: мы  не можем одномоментно проверить всех. Но среди правособственников фигурируют все медиагруппы, у нас нет выборочного подхода», - заверил глава Госкино.

После появления в списке Олега Табакова за оскорбительный комментарий про Украину и украинцев, под запрет попала и такая классика как фильм Романа Балаяна "Полеты во сне и наяву". «Я не переживаю, что запретили 4 моих фильма, но переживаю, когда гуманитарии начинают зомбировать людей: когда  Путин зомбирует - это одно, но когда к этому подключается Табаков и другие - это страшнее», - прокомментировал Роман Балаян, признав: и Михалков, и Табаков сошли с ума. Но часть вины за высказывания Табакова и Гафта он возложил на российских журналистов, которые сознательно довели их до таких ответов.  «У Гафта есть два интервью – где он за Украину и против. Нужно знать Гафта, завтра он скажет еще что-то другое. Поэтому не стоит так серьезно обсуждать эту тему», - призвал он.

А на реплику представителя "Відсіч", что из-за высказываний Табакова у нас выращиваются собственные сепаратисты, ответил: наоборот, то, что говорит Табаков рождает обратное, ненависть к русскому. 

Осуждая Табакова, к наличию списков Балаян относится скептически. «Я не могу верить нашему СБУ до конца, потому что там постоянно смена коллектива, не могу доверять до конца парламенту, президенту... Потому что их скоро не будет, а мы будем…», - вызвал апплодисменты зала Балаян.

На половинчатость окружающих нас явлений обратил внимание Созановский: у нас якобы война, якобы списки, правительство якобы в отставке. «Нужно, чтобы де факто совпадало с де юре. Если война, то война. Если кто-то угрожает нацональной безопасности, давайте докажем. Мы привыкли, к ситуации, когда говорим одно, а законы говорят о другом. Это проблема».

Сергей Созановский резюмировал, что есть два пути: сесть, совместно устранить недостатки закона и прийти к компромисному решению – самый логичный или, если не удастся договориться, - все будут действовать на свой страх и риск, в ход пойдут судебные решения, блокирования...  Непрозрачность со списками создает продюсерами проблему при создании проектов. У продакшенов, у каналов, нет никаких гарантий, что при создании сериала, фильма, любого аудиовизуального произведения, в эти списки не может попасть человек, который пока ничего страшного не совершил для национальной безопасности, но теоретически может совершить в будущем». Он сообщил, что планирует создать проект документа по выходу из ситуации и предложить заинтересованным государственным органам. 

На предложение от "Відсічі" решить эту проблему, не приглашая российских актеров, Созановский парировал: «А что, например, делать, если фильм снят, а украинский актер вдруг поедет в Донецк?». 

«Разве запреты, а не поддержка стимулирует производство?», - добавил градус дискуссии Бородянский. «Да, добавьте лучше $5 млрд кино», - шутливо обратился к представителям госорганов Балаян.

«То, в чем все объединились, - это в необходимости принятия во втором чтении законопроекта о поддержке кинематографии», - подхватил Зубко. А Ильенко сообщил, что бюджет этого года на создание фильмов - 271 млн грн: в гривнах это рекорд, хотя в евро были и лучшие годы.  Он констатировал, что на последнем питчинге на получение финансовой поддержки от государства общий уровень проектов был очень высоким. «Надеюсь, что медиагруппы подключатся к созданию кино. Уже сегодня они подключаются к промоции, в этом вопросе у нас эффективное сотрудничество».

Роман Балаян же констатировал, что озвученная цифра очень мала, чтобы поднять кинопроизводство. «Недавно, на юбилейном вечере "Теней забытых предков", Иван Драч обратился к президенту, чтобы олигархи давали деньги на кино, как в России. Мы же знаем, что у них деньги есть и в карманах, и офшорах», - резюмировал он.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Тэги: александр ткаченко, минкульт, роман балаян, сбу, сергей созановский, черный список

Схожие темы:
Приєднання України до кінофонду Eurimages: Кабмін підтримав законопроект
Мінкульт профінансує 69 патріотичних фільмів
"Марченко розбрату": журналісти ТСН проти участі Оксани Марченко в "Танцях з зірками"
Кіноконкурс Мінкульту: як розподілились бали від жюрі (ОНОВЛЕНО)
Зеленський подав на патріотичний конкурс Мінкульту "Гуцульський вестерн"
Три фільми про війну: Мінкульт обирає патріотичне кіно
Роман Балаян хоче зняти фільм з героєм, схожим на Вакарчука
Мінкульт відбирає патріотичне кіно: розпочався другий етап конкурсу
Колектив сайту «Экономические известия» висловився щодо рішення РНБО
«1+1 медіа» звинуватила СБУ, Мінкульт і Держкіно у вибірковості підходів до "чорних списків"